Фото: avito.ru
Фото: avito.ru

Натворили в долг. Художники выставили на продажу панно для станции "Проспект Славы"

415
Антон Мухин
7 мая 2019, 09:51

Накануне праздников случился прелюбопытнейший инцидент: художники, занимающиеся изготовлением мозаичного панно для станции метро "Проспект Славы", отчаялись получить от Смольного деньги и выставили его на "Авито". Понятно, впрочем, что это не более чем пиар, демонстрация. А жаль: ужасно любопытно было бы узнать рыночную цену такому искусству. Вдруг им недоплачивают?

Панно называется "Афганистан", изображает воинов–афганцев и имеет площадь 92 м2, следует из объявления, которое уже через несколько дней исчезло с сайта. Цена не указывалась. Выполнена работа Мастерской Егора и Александра Быстровых (сын и отец; семейный бизнес в строительстве петербургского метро почему–то особенно популярен). Народный художник РФ Александр Быстров, как следует из открытых источников, является главным поставщиком красот для метрополитена: он автор панно на десятке станций, в том числе на "Площади Александра Невского", "Комендантском проспекте", "Спортивной", "Звенигородской".

Как рассказал Быстров–младший "Фонтанке.ру", его компания подрядилась за 257 млн рублей украсить мозаикой "Проспект Славы", "Дунайскую" и "Южную". Но сначала Смольный задерживал деньги, а теперь просит создать специальный счет, что затруднит сдачу работы в срок. Не имея возможности больше творить в долг, художники вынуждены были выставить свою работу на продажу. Ею уже якобы заинтересовались в Белоруссии и Казахстане.

Тут, конечно, сразу возникает вопрос: 257 млн — это много или мало? Но как посчитать? Если ориентироваться на мировые аукционы, торгующие произведениями русского искусства, то это — вторая десятка самых дорогих (по курсу соответствующих лет). Скажем, за такие деньги можно было бы купить Илью Репина ("Парижское кафе", продано в 2011 году за $7,4 млн) или Бориса Кустодиева ("Извозчик", в 2012 году продан за $7 млн). Если купить Верещагина — останутся еще деньги, чтобы обложить все стены станции туалетной кафельной плиткой. Но это ведь очень условное сравнение: там картина, а тут мозаичное панно 92 м2. И там одно произведение искусства, а тут сразу три.

К тому же тут в цену включен монтаж.

Обсуждать художественные ценности — задача тем более неблагодарная. Очевидным достоинством является то, что Петр I на всех мозаиках в метро, где он есть, узнаваем. Правда, позы слегка статичны, а манеру изображать треуголки художники, вероятно, взяли из мультфильма про приключения барона Мюнхгаузена.

Но можно сравнить с подобным — панно, украшающими первые станции ленинградского метрополитена. Например, революционными матросами и солдатами с "Балтийской". Разница между ними столь значительна, что не может не вызывать некоторого недоумения и даже утраты веры в теорию эволюции. Товарищ Сталин на "Нарвской" тоже, говорят, был неплох, пока его не развенчали.

Именно поэтому продажа панно на "Авито" расставила бы все точки над i. Нельзя ведь исключать, что люди, которые на протяжении десятков лет получают подряды на украшение станций метро, чудовищно недооценены. И их творения стоят не 257 млн за три штуки, а в разы дороже. Со стороны города бесчестно так наживаться на художниках, злоупотребляя их патриотическими чувствами. Им должны платить те деньги, которые они заслуживают.

Конечно, "Авито" — не "Сотбис" с "Кристисом", аудитория не настолько тонко чувствует прекрасное.

Но даст бог, дойдем и до Лондона с Нью–Йорком. Наши–то афганцы не хуже творений Бэнкси какого–нибудь будут. И совершенно точно гораздо духовнее.