Архитекторы подземелья. Интересные решения 2019 года оказались в метро

449
Вадим Кузьмицкий
26 декабря 2019, 09:58

2019–й оказался настолько небогат на интересную архитектуру, что ее пришлось искать под землей. Зато был богат на законодательные новации в градостроительстве.

За отсутствием больших архитектурных свершений уходящий год можно назвать годом больших надежд (или разочарований — это как посмотреть). На карте города как будто играли в шахматы. Будущий музей блокады на Смольной набережной свернули, пообещав взамен расширить нынешний в Соляном городке. На Смольную набережную перевели судебный квартал с проспекта Добролюбова. На проспекте Добролюбова реанимировали еще дореволюционный проект общественного пространства. В дебюте все эти перестановки выглядят хотя бы логичными. Но до реализации еще нигде дело не дошло. На биеннале "Архитектура Петербурга", которая считается одной из главных в городе отчетных выставок, самым интересным проектом оказался дом на ножках над Охтинским мысом. Но подавался он как авторское предложение, бумажная архитектура. Реальными же постройками никто похвастаться не смог. На фоне отсутствия надземной архитектуры обращает на себя внимание архитектура подземная — в этом году разом ввели три станции метро вдобавок к двум прошлогодним.

Победы глубокого заложения

Самая примечательная из этих станций — "Проспект Славы". Ее перронный зал напоминает архитектуру брежневского периода. Даже символы использованы старорежимные — звезды, между ними стилизованные знамена. Звезды возникают в метро чуть не впервые с развала СССР, а возможно, впервые со времен постройки станций сталинского метро. Они украшают карнизы из цветного стекла в алюминиевой раме, протянувшиеся вдоль стен из белого мрамора. Низ стен облицован красным мрамором, посреди зала — своего рода красная ковровая дорожка из камня, напоминающая подобную дорожку на "Кировском заводе". "Проспект Славы" спроектирован "Ленметрогипротрансом", на сайте которого сообщается, что "архитектурное оформление связано с названием станции". Согласно справочнику "Петербург в названиях улиц" (Алексей Владимирович, Алексей Ерофеев), Ленгорисполком назвал этот проспект в 1964 году "в честь военных и гражданских побед советского народа". Среди прочего, станция "Проспект Славы" прославляет подвиг воинов, выполнявших интернациональный долг на войне в Афганистане (как отмечается в том же справочнике, "никакой славы нашей стране не принесшей"). Ему посвящено панно над выходом к проспекту Славы с бронетранспортерами, кумачовыми знаменем с серпом и молотом и транспарантом с надписями "Слава ВДВ" и "Слава сынам Родины". Эклектики добавляет размещенное над эскалаторами второго выхода панно в память героев–пожарных (их именем по просьбе МЧС был назван парк по соседству). А в подземном переходе устроена выставка пожарной техники (недоброжелатели предполагают, что со временем она может уступить место торговле). Стеклянные выходы на поверхность и вовсе решены в духе хай–тек: из–за срезанных крыш, уходящих в землю, их сравнивают с провалившимися под асфальт автобусами (подобные же выходы имеет открытая ранее "Беговая"). Таким образом, выходит символический спуск из будущего в прошлое.

Экономия на современности

Одновременно с "Проспектом Славы" открыты "Дунайская" и "Шушары". "Дунайская" по конструкции (боковые платформы, но из–за более раннего проекта на них нет дверей), материалами и интерьером (яркие цветные поверхности) напоминает "Новокрестовскую" и "Беговую" (с "Новокрестовской" ее роднит и синий цвет). Эти станции больше отражают нынешнюю эпоху, они похожи между собой. Волны Дуная, кои изображает интерьер "Дунайской", несут к "Шушарам". Начиная с названия, которое не совсем связано с Шушарами (из одноименного поселка до новой станции не добраться, так что его обитатели продолжают ездить до "Купчино") и заканчивая обликом, станция выглядит недодуманной. Ее оформление хотели посвятить автомобилям, потому что рядом автомобильный завод. Одно время рассматривали и название "Автозаводская", но потом вспомнили, что производство легковушек есть и на севере города. Декор в итоге максимально урезали ради экономии. Наземное здание вестибюля сложно назвать выразительным. Оно предельно утилитарно и экономично, напоминает "Спасскую". Злую шутку с "Шушарами" сыграло то, что строились они на пустом месте, без явных ориентиров, к которым, как правило, стараются привязаться и топонимисты, и проектировщики. Но зато станции все–таки открыли.

Поверхностные изменения

В отсутствие заметной архитектуры год запомнился заметными инновациями в градостроительном законодательстве. КГА стал требовать исполнения нормативов в 6 м2 зеленых насаждений на человека (или на каждые 28 м2 возводимого жилья). Был ужесточен коэффициент использования территории (КИТ, отношение общей суммарной площади квартир, которые можно возвести на участке, к площади этого участка). Раньше для среднеэтажных домов (до восьми этажей включительно) был установлен коэффициент 1,7, а для многоэтажных — 2,0. Теперь же дифференциация идет не по этажности, а по сознательности застройщиков. Для тех кварталов, где разрабатываются проекты планировки территории, устанавливают КИТ побольше, 2,0, а где нет — 1,7. Подразумевается, что в ППТ предусматривается необходимая социальная инфраструктура и озеленение в соответствии с нормативами. Кроме того, застройщиков теперь обязывают согласовывать с КГА архитектурно–градостроительный облик не только жилых зданий, как прежде, но и нежилых построек.

В свою очередь, КГИОП оттачивал закон "О границах объединенных зон охраны", в котором установил новые охранные зоны на смену временным защитным и устранил некоторые коллизии, которыми пользовались застройщики (такие, как области на стыках двух зон с разными режимами). Правда, самые существенные поправки (список зданий с ценными интерьерами), судя по всему, откладываются до следующих редакций.