Фото: Михаил Тихонов
Фото: Михаил Тихонов

Выходи из комнаты: почему районам Петербурга необходимо миди-планирование

13614
Алексей Лепорк
23 июня 2020, 13:37

Этой весной ездить и ходить по пустынным петербургским улицам было крайне занимательно. Людей почти не было, а потому те, кто решался выйти из комнаты, смотрели только на дома и на окружение. Неизбежно рождались всякие фантазии. Только странно, что у людей они возникали, а у главных архитекторов города вроде бы и нет. Ну по крайней мере пока об этом не слышно.

Понятно, что на примеры западных столиц нам смотреть негоже. Но там как раз на карантине размышляли о людских потребностях, о пешеходных зонах, о зелени. И о велосипедных дорожках, конечно; но мы–то перенимаем как раз смешное — к климату и ментальности не очень подходящее. Характерно, что сравнительно тихо прожившие пару месяцев комитеты по архитектуре, охраны памятников, зеленым насаждениям не выступили за это время ни с одной инициативой на будущее. Как будто в спячку впали.

А жаль. Мы все видим, как угроблены набережные Большой Невки, Обводного канала. А что, если КГА заняться не только Генпланом (что, конечно, очень важно, но в большой своей части имеет отношение сугубо к бумажной отчетности), а masterplans — мастер–планами среднего уровня. Не макропрожектерством и не микровключениями, а миди–планированием.

Смотрел тут несколько раз на Калининский район от Финляндского до бывшего "Гиганта" и площади Калинина. Мечта для архитектора, никак не меньше. И старые заводы стоят, и кирпичный стиль, и немножко эклектики, и конструктивизм есть, и сталинский ампир. Но все рассыпается, слегка угрюмо, подзабыто и неприкаянно. Если бы задуматься, как это свести воедино, но при этом не застраивать вплотную, а умно дополнить? Ведь если не продумать сейчас возможную трансформацию этого района, то все исчезнет. Старые заводы снесут, пару кирпичных корпусов вплотную обстроят. Ну, башню сохранят — это такая фишка времени. Доходные дома второй половины позапрошлого века растворятся в новых каменных мешках максимально допустимой высоты, а конструктивистские блоки начала 1930–х доведут до предела ветхости, а дальше снесут и заменят новыми, сияющими и крепкими, но на старые совсем не похожими.

Хотя обаяние и этого места, и многих других — именно в наслоениях и перехлестах. Ни у одной эпохи не было сил и возможностей довести все до ума. Потому тут и Арсенал середины XIX века, и заброшенные общежития времен первых пятилеток. Самым увлекательным было бы заранее продумать, что, где и в каких пределах возможно, а потому четко обозначить все лакуны, которые разрешено заполнять, и даже определить их предполагаемый и допустимый объем. А при этом и все зеленые кусочки отмерить: где–то побольше, а где–то и крошечные скверики на десяток кустов сирени или чубушника разметить. То есть ясно обозначить все, стараясь эту кипу каменных страниц времени сохранить и дополнить, чтобы она не стала только нашим сегодня и никаким другим.

На Выборгской набережной ведь произошло именно так. Да, там часть заводских зданий выжила, но новые громады их поглотили и превратили в ту же безликую среду, что и новостройки.

Стоит посмотреть на квартал Роттерман в Таллине. Там четко обозначили все, что нужно сохранить, а где можно возвести новое, и дальше родился шедевр слияния времен, и при этом крайне стильный.

КГА мог бы провести конкурс на подобные masterplan’ы, в них было бы полезно занять студентов. У них ведь фантазия и драйв, они ведь еще не выучили язык конформизма как родной. А дальше эти проекты кодифицировать. У города был бы шанс, у девелопера — заранее обозначенные правила и четкое понимание, во что втравливаешься. Да и людей стоило бы послушать. Давайте не будем скрывать, что в нашем случае у города прав неизмеримо больше, чем у любого западного аналога. Есть возможность хоть пару районов продумать таким способом. Это было бы нормальной компенсацией за неупущенные прибыли во всех других.