Фото: Ваганов Антон
Фото: Ваганов Антон

Цифровой монетаризм: Китай начал раздачу гражданам цифровых юаней

494
Георгий Вермишев
14 октября 2020, 12:10

Успехи китайского эксперимента по внедрению CBDC явно вызывают беспокойство у Японии и Европы.

Пузырь лопнул, да здравствует пузырь, могли бы провозгласить участники рынка децентрализованных финансов (DeFi). Последние недели самые "громкие" токены сектора стремительно падают в цене. И это — хорошая новость для биткоина.

Сдувается, но не сдаётся

"Бесполезный токен" (так его, если что, охарактеризовали сами создатели) yearn.finance упал до $16,5 тыс. от максимумов $43 тыс. Родившийся из шутки токен MEME подешевел до $410, хотя на максимумах стоил $1982, а ещё в августе его раздавали вообще бесплатно. Цена токенов Sushi рухнула на 80% за одни выходные из–за того, что от них избавился представитель проекта. Он заработал на сделке $27 млн, а токен с тех пор только ещё подешевел. В общем, по описаниям всё это сильно напоминает волну ICO в 2017 году, когда на криптовалютном рынке с такой же лёгкостью всплывали и исчезали новые проекты.

Но есть одно но. Да, с одной стороны, токены дешевеют. Например, индекс основных DeFi–монет, запущенный биржей Binance (DEFI Composite Index), с конца августа снизился почти на 50%. Причём упомянутые выше почти скандальные проекты в него не входят. Однако при этом общий объём заблокированных в проектах DeFi средств остаётся стабильным. В конце сентября он прекратил расти и держится на уровне $11 млрд. Но у всего ведь есть пределы. Для сравнения: в начале года в системе не было и $0,5 млрд.

Именно поэтому участники рынка считают, что у самой технологии DeFi есть будущее. "Заработок на DeFi–рынке должен осуществляться за счёт лендинга токенов, то есть передачи токенов в аренду за вознаграждение, и предоставления ликвидности децентрализованным биржам. Торговля же нативными токенами децентрализованных приложений по сути своей всегда является лишь спекуляцией", — подчеркивает разницу Никита Зуборев, старший аналитик компании BestChange.ru.

"Проектам, которые лежат в основе, уже 3–4 года. Да, часть токенов умрёт, но сама идея DeFi должна дать толчок и развитие криптоиндустрии в целом. Ведь на фоне падающих ставок в банках во всём мире можно покупать стейблкоин и вкладывать по 7–6% в год, и это наименее рисковый вариант. Это альтернатива и старт построения финансовой системы в криптомире", — добавляет директор по развитию инфраструктурно–майнингового проекта BitCluster Дмитрий Шуваев.

При этом биткоин от падения цен на DeFi–токены пока только выигрывает. По крайней мере в последние дни цена первой криптовалюты вернулась под психологически важный уровень $12 тыс. "Спад интереса и снижение капитализации DeFi–сектора в том числе могут способствовать перетеканию активов в сторону биткоина, — считает Александр Купцикевич, ведущий аналитик FxPro. — Впрочем, то же самое закрытие DeFi–позиций может приводить к временной парковке средств в стейблкоинах. После этой парковки деньги снова могут вернуться к DeFi или направиться в сторону биткоина, в зависимости от конъюнктуры рынка".

Цифровой контроль

На этой неделе власти Китая начали бесплатно раздавать жителям свои цифровые юани (CBDC). В рамках эксперимента всем участникам акции будет подарено в общей сложности 10 млн юаней (около $1,5 млн). Эти деньги можно будет потратить до 18 октября в торговых точках. Что удобно — для пользования не нужен банковский счёт, достаточно скачать приложение. И в этом вся фишка — банкам в такой системе остаётся меньше места, зато усиливается роль Центробанка, который, с одной стороны, может избежать сбоев, характерных для банковских систем, а с другой — сможет увидеть все транзакции своего населения. Есть и внешнеэкономический мотив — в перспективе такие удобные токены могут быть использованы для международных расчётов, а значит, это позволит потеснить доллар с мировой арены.

"Большинство экспертов не сомневаются, что Китай рассматривает цифровую валюту не только как внутреннее платёжное средство, но в будущем и как инструмент для проведения международных платежей и альтернативу SWIFT, — говорит Дмитрий Плеханов, аналитик Института комплексных стратегических исследований. — Не случайно, что запуск цифровой валюты, по некоторым сообщениям, собираются приурочить к открытию зимних Олимпийских игр в Пекине в 2022 году, что также можно рассматривать как попытку китайских властей заявить о новом проекте на международном уровне".

Китай торопится ещё и потому, что на глобальном рынке он не один такой умный. Япония и Южная Корея объявили о начале тестирования своих CBDC уже в следующем году. Со всей серьёзностью о введении цифрового евро заговорил и Евросоюз: "Работа теперь (после пандемии. — Ред.) будет другой, и в странах, где царили наличные деньги, гораздо больше доверия к цифровым платежам. ЕЦБ весьма серьёзно рассматривает цифровой евро", — заявила в понедельник глава ЕЦБ Кристин Лагард. Правда, по её словам, цифровой евро "ни в коем случае" не должен заменить наличные деньги, а "лишь дополнить".

Конкурентным преимуществом цифрового евро перед цифровым юанем может оказаться несколько более мягкий контроль и политическая репутация эмитента. Примерно как с Huawei — доверие к китайским телеком–технологиям в мире несколько подорвано, так почему демократические державы должны доверять технологиям финансовым?

"Конечно, при введении цифровых валют центральными банками говорить о какой–либо полной анонимности бессмысленно, хотя бы по причине того, что финансовые власти по всему миру в настоящее время ужесточают требования к проведению финансовых операций в рамках антиотмывочного законодательства и борьбы с финансированием терроризма. С другой стороны, поскольку центральные банки заинтересованы в максимально широком использовании цифровых валют экономическими агентами, они также будут заинтересованы в обеспечении сохранности данных пользователей, так как снижение доверия к валюте может пагубно отразиться на состоянии всей финансовой системы. В конечном итоге, как и в случае с бумажными деньгами, распространение и популярность любой цифровой валюты будет зависеть от уровня доверия к центральному банку и государству в целом, а также от удобства использования", — считает Дмитрий Плеханов.

Золото и политика

Цены на золото в последние дни смогли закрепиться выше отметки $1900. Во вторник золотая унция торговалась по $1921. Давление на стоимость золота, которое считается надёжным активом, оказывают новости о том, что президент США Дональд Трамп одобрил скорректированный пакет поддержки экономики общим объёмом $1,8 трлн. Это вызывает переток денег в более рисковые активы.

"Как только появляются очередные новости о вливании ликвидности со стороны ФРС или ЕЦБ, следует реакция — надежда на быстрый отскок мирового ВВП после снижения, — объясняет Майкл Росс–Джонсон, генеральный директор криптовалютного необанка Chatex. — Соответственно, снижается спрос на золото как на защитный актив, и котировки также падают. Но надежды на быстрое восстановление глобальной экономики не оправдались — всё больше признаков, которые дают понять: глобальный кризис принимает затяжной характер, рецессия будет сильнее и глубже всех мировых кризисов последнего столетия. И потому высокий спрос на золото продолжится, а вместе с ним и рост котировок".

Тем временем всё ближе президентские выборы в США, в которых теперь лидером считается Джо Байден. С одной стороны, демократы явно более настроены раздавать деньги и разгонять инфляцию, что для золота в долгосрочной перспективе плюс. Однако путь к росту может омрачиться периодом волатильности.

"Смена президента способна запустить большую ротацию на рынках, так как инвесторы будут закладывать в цены другой экономический план и другие приоритеты администрации, — считает Александр Купцикевич. — Краткосрочно такие перестановки вызывают усиление спроса на кэш, то есть доллар, но часто также сопровождаются скачками цены золота, примерно сопоставимыми с тем, что мы видели в марте: импульсивный рост на распродаже американских акций, обвал — на глобальном делеверидже фондовых рынков и новый рост за счёт восстановления интереса к рискам. В целом же, на наш взгляд, золоту по силам ещё многие годы расти в цене, так как крупнейшим мировым экономикам предстоит покупать себе экономическое восстановление, а потом и снижать долговое бремя, что почти неизбежно идёт рука об руку с ускорением инфляции".