Фото: Игорь Онучин/ТАСС
Фото: Игорь Онучин/ТАСС

Добро с кулаками: отказ от соцобязательств больше не принимается

199
Георгий Вермишев
1 июня 2021, 11:44

Бизнес всё чаще принимает на себя социальные и экологические обязательства. Отказаться скоро станет невозможно.

Всем известна пирамида Маслоу: когда базовые потребности уже удовлетворены, человек начинает жаждать чего–то высокого и общественно значимого. Это хорошо видно по IT–рынку, где senior–специалисты смотрят уже не на зарплату, а на задачи и на бэкграунд компании, куда их приглашают. Им хочется делать мир лучше — ну или, точнее, деньги позволяют этого хотеть.

Примерно так же и с бизнесом. На первом этапе, когда речь идёт об элементарном выживании предприятия, сложно думать о масштабной программе благотворительности. Но когда ты гигантская корпорация, вполне можно позволить себе задуматься о смысле истории. И вот что интересно: чем больше такой бизнес даёт — тем больше в итоге получает.

"Компании, которые следуют принципам ESG (экологического, социального и корпоративного управления. — Ред.), в перспективе получают более дешёвое финансирование, поскольку их деятельность более прозрачна для инвесторов, — рассказывает Екатерина Горбунова, заместитель генерального директора АО “Управляющая компания ТРИНФИКО”. — Ценные бумаги таких эмитентов менее волатильны в периоды кризисов, поскольку инвесторы лояльны к компании, учитывающей широкий спектр ESG–рисков в своей долгосрочной стратегии. Сотрудники, которые ощущают свою значимость и поддержку со стороны компании, также работают с большей отдачей. Контрагентам легче строить свои планы на долгосрочную перспективу с такой компанией, они ценят отношения и могут предлагать более комфортные условия сотрудничества".

Правил нет, но вы держитесь

Какого–то единого свода правил ESG у мирового бизнеса нет. Часто формула выглядит так: компания сама решает, какие обязательства принять на себя. Сориентироваться помогают так называемые Цели устойчивого развития, которые ООН приняла в конце 2015 года — после достаточно успешного выполнения Целей развития тысячелетия. "Устойчивость" здесь ключевое слово, потому что имплементация этих практик рассчитана на долгосрочную перспективу и обещает большую выгоду и устойчивость бизнеса в будущем. Примерно как с проблемой социального неравенства. Экономистами доказано, что снижение бедности делает всю систему более стабильной и комфортной — то есть гуманистический императив отлично сочетается с утилитарным.

Здесь, правда, есть нюанс. Принять на себя обязательства ESG, а потом партнёриться с рабовладельцами из Сомали не выйдет — так это не работает. "Левая" по своей повестке "перестройка" капитализма началась откуда не ждали: она идёт сверху вниз, силами самих же корпораций. Так, незаметно, рынок подходит к ситуации, когда уже поставщики сталкиваются с требованиями по социальной ответственности, которые иногда могут выходить за нормы законодательства.

Управляющий директор RAEX–Europe (составляют свой рейтинг ESG по российским компаниям) Светлана Гришанкова отмечает, что всё больше ощущается также давление со стороны банков и инвесторов, которые оценивают ESG–риски в своих портфелях и предпринимают шаги по их снижению. "Многие инвестиционные фонды поставили цели декарбонизации портфелей, большинство из них стремятся привести инвестиции своих фондов в соответствие с целями Парижского соглашения", — отмечает она.

Такой подход может показаться дополнительным саморегулированием. Как известно, бизнес и либеральная экономическая мысль регулирование не любят, но пока что не похоже, чтобы кто–то видел в этом проблему. Например, в РСПП (также готовит отчёты по ESG ежегодно) в ответ на наш запрос не смогли назвать случаи жалоб на решение разорвать партнёрство из–за низкого уровня социальной ответственности одной из сторон.

Идёт процесс взаимообогащения

Насколько Россия "не догоняет" мировую повестку — ещё вопрос. В 2018 году консалтинговая компания PwC исследовала корпоративную отчётность 729 публичных компаний из 21 страны, включая 42 российские компании из разных секторов экономики. В среднем по миру 72% компаний в том или ином виде упоминали в своей отчётности ЦУР. В России этот показатель оказался ниже — 43%.

"Наиболее сильными сторонами крупнейших российских компаний является корпоративное управление (что естественно благодаря требованиям законодательства к публичным компаниям), в социальной сфере компании преуспевают в финансировании социальных программ для сотрудников и местных сообществ, а в экологической сфере многие начинают устанавливать цели по снижению загрязнений и выбросов парниковых газов, — перечисляет Светлана Гришанкова. — Слабыми местами остаются высокие уровни выбросов и загрязнений воздуха и воды, что проявляется в большом количестве экологических аварий, энергоэффективности, использовании возобновляемых источников энергии. Большая часть компаний не уделяет внимания экологическим и социальным вопросам в своей цепочке поставок, а также вопросам разнообразия персонала и соблюдению прав человека. Кроме того, для многих крупных компаний серьёзной проблемой является коррупция".

Среди участников нашего, первого петербургского, Рейтинга (а в него попали только те крупные компании, которые проявили информационную ответственность и ответили на наш запрос) полноформатные отчёты о ЦУР обнаружились у 34%. Что интересно, есть компании, которые начали публиковать такой документ, не являясь при этом публичными акционерными обществами.

"Мы понимаем, что эта информация важна и интересна нашим клиентам, потребителям, поставщикам и подрядчикам, представителям СМИ и госорганов, — объясняет Валентина Лихачева, директор по корпоративным коммуникациям и устойчивому развитию компании “Свеза”. — Многие из наших стейкхолдеров заинтересованы в получении данной информации, в том, как мы ведём бизнес, и публикация отчёта по стандартам GRI — это один из примеров нашей клиентоцентричности. Для нас трэкинг эффективности инициатив в области устойчивого развития — важная составляющая, которая даёт возможность понять, движемся ли мы в правильном направлении".

Вес, который нужно измерить

Но есть и такие компании, которые специальной отчётности не ведут и вообще свою социальную ответственность видят специфически. Например, в "Россетях Ленэнерго" (публичная компания) в качестве лучшей практики на конкурс заявили ввод в строй своей подстанции на Петроградской стороне. "“Россети Ленэнерго” — социально ответственная компания, которая отвечает за надёжное электроснабжение потребителей на территории Санкт–Петербурга и Ленинградской области", — указано в ответе. Справедливости ради уточним, что их "зелёный" кейс понравился многим экспертам: компания запустила бесплатные зарядки для электромобилей.

В компании "Воздушные ворота Северной столицы" (управляет аэропортом Пулково) фокусом социальной политики назвали заботу о собственных сотрудниках. Не хочется никого обижать, но фоном к этому мы получали кейсы с огромными инвестициями других компаний в образовательные, медицинские и социальные проекты, ориентированные на город в целом.

Есть и такой крупный бизнес, который всё ещё предпочитает делать вид, что информационная открытость по соцответственности может ограничиться скупыми цифрами в годовом отчёте или парой пресс–релизов про субботник. Как ни парадоксально, таких много среди "дочек" международных холдингов. Хотя у материнских компаний может быть всё хорошо с информационной открытостью (на мировом уровне), в Петербурге транспарентность оказывается крайне низкой.

Для такого рода бизнесов у экспертов плохие новости: скромничать и дальше не получится.

"Некоторым компаниям приходится объяснять, что ESG — это уже как рост или вес, он у вас просто есть, и его нужно измерить, — говорит Светлана Гришанкова. — Вы можете пытаться похудеть, можете растолстеть, но он никуда не денется. Информация об этом уже нужна инвесторам, она нужна в цепочках поставок".

Получается, если не повернуться к обществу лицом сегодня, завтра можно остаться и без кредитов, и без клиентов, и без партнёров. Но что поделаешь, "добрым словом и пистолетом" оказалось возможно добиться гораздо большего, чем одним только добрым словом.